«Гендиректор повел себя как тряпка. Небо над территорией АТО оставили открытым» -, Новая газета

«Новая газета» продолжает изучать обстоятельства крушения малайзийского «боинга» (рейс МН-17) над Восточной Украиной 17 июля прошлого года. В прошлом номере мы опубликовали беседы с двумя специалистами: кандидатом технических наук, экспертом космического кластера «Сколково» Вадимом Лукашевичем, который провел независимый анализ причин произошедшей катастрофы, и бывшим заместителем генерального штаба ВС Украины, доктором технических наук, офицером ПВО Украины генерал-лейтенантом Игорем Романенко, чье мнение, ко всему прочему, востребовано теми, кто в Европе проводит расследование авиакатастрофы.

Оба эксперта подтвердили: самолет был сбит ракетой, выпущенной из системы «Бук». Но кроме того, и украинский специалист, и российский задались вопросом: почему Украина не закрыла небо над Донбассом, раз с 14 июля — даты уничтожения транспортника Ан-26 — было понятно, что на вооружении сепаратистов появилось оружие, способное сбивать самолеты на большой высоте.

Как выяснилось из опубликованного интервью, решение на этот счет было обязано принять государственное предприятие «Украэрорух», чего, однако, не было сделано по каким-то причинам. По каким — рассказывается в материале нашего собкора в Киеве Ольги Мусафировой.

С моим собеседником, который имеет прямое отношение к «Украэроруху» и потому не хочет «светить» ни фамилию, ни должность, я встретилась в день выхода в «Новой» материала «17 июля в зону АТО должен был вылететь самолет с украинскими десантниками». Напомню: «Украэрорух» — государственное предприятие, отвечающее за украинское небо, гиперприбыльный монополист на рынке. Мой собеседник готов объяснить, по каким причинам Украина полностью не закрыла все воздушное пространство над зоной АТО за три дня до трагедии с малайзийским «боингом». Но вначале уточняет:

Гиперприбыльным «Украэрорух» было корректно называть до 17 июля 2014 года. Сейчас, когда потеряно 76% воздушного потока, — из них 50% — пространство над Крымом и Черным морем, 26 — над востоком страны, — поступлений от обслуживания самолетов не хватает даже на заработную плату сотрудникам. Чтобы вы понимали: зарплата диспетчера в ту пору, когда доллар стоил 8 гривен, начиналась от 25 тысяч… Самая главная статья доходов, 80% от общей прибыли, — международный транзит. «Руху» («рух» по-украински — «движение», так сотрудники сокращенно называют «Украэрорух». — О. М.), если утрировать, выгодно, чтобы вообще ни один самолет с нашей территории не взлетал и не садился, потому что это затраты. А транзит — наоборот, деньги, которые просто падают с неба.

Гибель «боинга» и деньги за пролет

И сколько же падает денег?

До катастрофы — 3 млрд гривен в год, что в долларах, по курсу, примерно 142 518 000 долларов*. Стоимость пролета зависит от веса самолета, у каждой страны свои ставки.

В 2004-м Украину приняли в «Евроконтроль» — Европейскую организацию безопасности навигации. С нашей стороны все нормы соответствовали, требования выполнялись. Запад хотел поддержать страну таким решением, стимулировать к развитию. Можно сказать, Украина вступила в Европу небом. С полетной территорией тоже получили поддержку. Чем она больше (полетная территория. — О. М.), тем больше получаешь денег. Именно Украине, когда у нас пошли процессы (собеседник имеет в виду политические процессы, «становление демократии». — О. М.), делегировали управление воздушным пространством над Черным морем. Представляете, сколько причерноморских стран претендовало? А их смогли убедить, поскольку маршрутный центр «Евроконтроля» находится в Брюсселе.

Почему сейчас небо закрыто и над Черным морем? До зоны АТО оттуда далеко.

По другой причине. Крымские диспетчеры, часть которых — бывшие «руховские», но остались работать на аннексированной территории, решили, что теперь это их зона управления. Начали давать команды на одной частоте с украинскими диспетчерами. Хотя Россия — не в «Евроконтроле».

«Новая», опираясь на сведения из открытых источников, писала: «шпионский» скандал в «Украэрорухе», который разгорелся в начале июня 2014 года, и вызванная им дестабилизация обстановки в коллективе отвлекли внимание должностных лиц настолько, что они «проморгали» возрастающую опасность и не запретили полностью полеты над зоной АТО. Подтверждаете?

Конфликт начался гораздо раньше, сразу после Майдана. Пошли финансовые проверки, стояла задача — снять генерального директора Чередниченко как коррупционера, креатуру Януковича, и завести другого человека, от новой власти, от политической силы Яценюка—Сергея Здоровца (работал гендиректором «Украэроруха» в 2009—2010 годах, с приходом во власть Януковича лишился должности. — О. М.).

То есть слова Сергея Пашинского на брифинге (Пашинский исполнял обязанности руководителя администрации президента Петра Порошенко, сейчас народный депутат от «Народного фронта», фракции премьера Яценюка в Раде. — О. М.) о том, что Чередниченко сотрудничал с сепаратистами, — блеф?

Я же говорю: стояла задача, — снисходительно машет рукой. — Министерство инфраструктуры (в его ведении находится «Украэрорух». — О. М.) отстранило Чередниченко своим приказом на время проверки и назначило исполняющим обязанности Здоровца. Но Чередниченко мобилизовал «титушек» и других полукриминальных элементов и заблокировал подступы к офису.

То есть протест устроил не трудовой коллектив «Украэроруха»?

Да там ни одного диспетчера не было! Многие даже не знали, что происходит. Диспетчеры в «Рухе» обеспечены материально, закрыты от общества, ограждены от лишних контактов с внешним миром, их работа требует сосредоточенности. Наше предприятие вообще тяжело сбить с курса. Нанятые люди толкались, ну и немножко запуганного персонала — неосновные специальности, медсестры, например. Их накрутили, что Здоровец сразу всех уволит.

(Дальше следует рассказ, как Сергей Здоровец взял штурмом служебный кабинет с помощью бойцов батальона «Киев-1», однако директорствовал лишь час. Дарницкий райсуд Киева по иску Чередниченко сначала остановил, а затем отменил действие министерского приказа о назначении Здоровца. Тогда 17 июня 2014 года министр инфраструктуры Максим Бурбак (называют человеком, близким к Яценюку, сейчас замглавы парламентской фракции «Народный фронт». — О. М.) назначил временно исполняющим обязанности генерального директора Дмитрия Бабейчука.)

Но и Бабейчука пикетчики не пустили на рабочее место в офисе, в Борисполе, — заключает мой собеседник. — Он туда попал только в день, когда сбили «боинг», 17 июля. (Выделено редакцией.) Тогда «протестующие» разбежались — аж пыль летела.

Целый месяц «Украэрорух» жил фактически без первого руководителя?

Получается, да. Чередниченко окончательно уволили с должности гендиректора только в середине сентября, на основании решения суда о лишении его допуска к государственной тайне. Но Бабейчук мог бы руководить с «запасной площадки», из специально оборудованного кабинета, который находится в министерстве инфраструктуры. Современные средства связи позволяли ему полностью контролировать ситуацию, соответствующие приказы издавать, коммуницировать со всеми службами. А он повел себя как тряпка. После того как 14 июля на высоте 6500 метров сбили военный Ан-26, специалистам стало понятно, что у террористов — высотное оружие. Над зоной АТО нельзя вообще летать! И глава «Руха» — один из тех, кто имеет полномочия, чтобы принять соответствующее запретительное решение.

Что интересует голландцев больше всего

А какие еще органы и кто персонально на Украине могут принимать решение о закрытии части воздушного пространства для полетов гражданской авиации?

Госавиаслужба, ее начальник Денис Антонюк и министерство обороны, точнее, «Украэроцентр» — минобороновское подразделение в составе «Украэроруха», его начальник — генерал-майор Александр Волков. Генерал должен был располагать информацией о том, из чего именно сбивают самолеты, мог запросить дополнительные сведения в генштабе и вместе со своим непосредственным шефом Бабейчуком закрыть пространство над зоной АТО. Но ничего не сделал.

По мнению моего собеседника, общавшегося с представителями Комитета по безопасности на транспорте Нидерландов, которые расследуют причины катастрофы, голландцев практически не интересуют вопросы, касающиеся рокового ракетного комплекса «Бук». Они оставляют эту тему Украине и России. А у Киева спрашивают о процедуре закрытия воздушного пространства: «Кто инициирует ограничения использования воздушного пространства? Что может быть причиной для ограничений? Каким образом происходит процесс принятия решения? Обсуждалась ли ситуация после того, как был сбит военный Ан-26, совместно госавиаслужбой, минобороны и «Украэорухом»?» Внятных ответов до сих пор им не дали. Тянут резину.

Секретная справка

Правоту моего собеседника подтверждает документ справочного характера, копию которого корреспондент «Новой» смогла достать по собственным каналам. Справку готовили для секретаря СНБО Украины Александра Турчинова. Цитировать буду лишь фрагменты, в которых не содержится информация, составляющая государственную тайну.

В документе критикуется устройство объединенной гражданско-военной системы организации воздушного движения Украины (ОГВС), созданной еще в 1999 году в соответствии с постановлением кабмина Украины № 1281. Авторы справки сетуют: «Положение об ОГВС носит общий и декларативный характер. В нем четко не определены подчинение подразделений и их координация. Указано лишь, что регулирование деятельности ОГВС осуществляется через Госавиаслужбу, а в особый период — руководство подразделений осуществляется генштабом вооруженных сил Украины».

Наступления «особого периода», впрочем, никто всерьез не ждал. Отсюда и отношение.

Далее авторы объясняют, как все выглядит на практике. В составе «Украэроруха» создали структурное подразделение — «Украэроцентр», которое, по сути, является основой ОГВС. Туда от Минобороны откомандировали около 300 офицеров. В «Украэрорухе» сделали отдельные диспетчерские залы для военных, они разместились рядом с гражданскими в центрах управления полетами. На мониторы военных подается та же радиолокационная информация, что и для гражданских, ведь ее снимают с гражданских радиолокаторов «Украэроруха». Командующий «Украэроцентра» (с 2012 года по настоящее время — генерал-майор Александр Волков) подчиняется гендиректору «Украэроруха», отдельные вопросы же координирует с министерством обороны. Подобный подход к созданию ОГВС, объясняют авторы, базировался на технической и финансовой несостоятельности министерства обороны Украины, невозможности самостоятельно осуществлять радиолокационный контроль и управление воздушным пространством Украины. Но и в таком виде система работала неэффективно.

Авторы указывают: «Военные диспетчеры до настоящего времени не имеют полного радиолокационного контроля воздушного пространства, а только имеют наблюдение за самолетами, которые сами предоставляют информацию о своем положении. Подразделения ОГВС не имеют технической возможности передавать радиолокационную информацию о воздушных целях к средствам противовоздушной обороны. С начала проведения АТО подразделение «Украэроцентра» так и не передали под руководство генштаба вооруженных сил. До конца так и не отработана координация подразделений ОГВС и их руководства, что стало предпосылкой катастрофы Boeing 777 рейса МН-17».

Логично предположить, что подобную справку СНБО затребовал от экспертов сразу по горячим, кровавым следам трагедии. Но документу всего десять дней от роду…

Источник: http://glavcom.ua/

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *